Нашей гонки женское лицо

Нашей гонки женское лицо

О героине этой статьи также было говорено немало. Успешная бизнес-леди в связке с ее яркими именем и фамилией – родовая община «Кайныран» (ей пошел восьмой год) и компания «Абориген-тур», которой больше десяти лет. Практически столько же Анфиса Бразалук занимается ездовыми собаками, всецело влюблена в этот спорт, так что с «Берингией» ее имя связано ничуть не менее тесно. В этом году случилось так, что она – единственная женщина, пришедшая к финишу гонки.

Фанфары-2016 уже отгремели, схлынули эмоции, впечатления очертились четче, и она уже может говорить о страстях этого сезона более-менее спокойно. Но все же в душе она хрупкая и нежная, этого не отнять, потому разговор наш не утратил накала чувств, получившись очень необычным, хотя и отрывистым, похожим чем-то на калейдоскоп флешбэков. Я опустил вопросы, так что читателю представляю его в виде монолога, взяв на себя ответственность лишь разграничить беседу тематически.


О корнях

– Бабушка моя, беременная мамой, бежала от ужасов войны из Тамбовской области после гибели мужа на фронте. Оказалась на Камчатке, в Карагинском районе. Вышла замуж за деда, ительмена Александра Кондратьевича Машихина. Жили в Караге, а школа была в Оссоре, и бабушка возила маму на упряжке туда и обратно. Это самый короткий этап, всего 18 километров, мы бежим его в рамках гонки каждый раз. Первую свою «Берингию» я бежала в честь бабушки…


О собачках

– Когда собаки идут по трассе – они настолько устремлены к цели, что становятся просто невменяемыми. Они ведь рождены для этого бега, они ездовые – и мчатся в своем первобытном кураже. Хаски сами по себе – это… хаски. Веселые миляги с языками набок, потому их мешают с волками – чтобы добавить ума, выносливости и особенной несгибаемости характера. Потому мои питомцы, полуволки – или точнее волкособы, – очень серьезные существа. И крайне опасные.

Мы с Колей Левковским давние друзья, и это он таких собак мне подарил. Заполучить их – дело непростое, связано с трудностями и секретами. Все, что знаю я, – это то, что мужики выкидывают в лес, к волкам, течную суку. Ведь у кобеля с волчицей шансов нет… И те могут как съесть ее, так и покрыть: тут надо знать, какие в стае взаимоотношения, кто из волков без пары – съели кого-то, кто-то умер...

Вообще, у меня больше 100 собак, и своих прямо-таки любимцев-любимцев я стараюсь на гонку не брать, чтобы не потерять, – слишком привязана эмоционально… Но со всеми стараюсь быть одинаковой: они у меня либо все молодцы, либо все очень плохие. Хотя, конечно, каждый из них прекрасно знает свое имя, и я могу пользоваться этим при управлении упряжкой. «Эсса – молодец! Чук и Гек – умнички! Та-а-ак! Люба, давай!» И Люба начинает тянуть сильнее, она под самым «бараном» стоит, и вот уже упряжка быстрее пошла… А если вверх надо переть – тут уже дается команда для всех, и эти команды у меня в разных ситуациях свои, особенные. В этом году почти не было снега, на Вывенку вообще шли по голой тундре. В гору… Они еле тащили нарты. Потом, когда дошли до стоянки, я пришла к ним – хвалить. «Ай, молодцы!» – говорила. Они знают, как я умею быть благодарной…

Есть в моей упряжке основной костяк – их шестеро. Они гарантированно дойдут до финиша и довезут меня (не берем во внимание непредсказуемые факторы: возникшую проблему со здоровьем, травму или поломку нарт). А пришла к финишу вообще на 8 собаках из 13: кто-то перегревался, кто-то не выдерживал темпа остальных… На промежуточной стоянке ведешь такую к ветеринару, он ее списывает, утром бежишь дальше, а после гонки, на обратном пути, забираешь домой. Я искренне благодарна правительству края за помощь в этом деле.

Когда собака перегревается – я ее охлаждаю. Смотрю, чтобы не шатался никто, а иначе – кладу ее в снег, на нарты, и идем дальше. Или какую-то, очень уставшую, особенно жалко – тоже везу, а она отдыхает. Иногда бывает, что даже двоих. У меня много белых собак, так что упряжка перегревалась не так сильно, как другие. Эсса, моя передовичка, беленькая – бежала четвертую «Берингию» и второй раз до Тиличик. Знает трассу на 5 с плюсом, поэтому шла по нюху.


О женском

– Всегда хотелось, чтобы женщин и девушек участвовало в гонке больше, чем обычно. В этом году не вышла на старт Рита Байшуакова и прекрасный пол на «Берингии» мы представляли вдвоем с Настей Семашкиной, женой каюра Андрея. Но она, к сожалению, снялась через 2 этапа: собаки не пошли. Было очень жарко, +10, а у хаски температура тела на 7 градусов выше, чем у обычной собаки. Поэтому при ходьбе по жаре они перегреваются – как двигатель у машины. А перегрелись – ложатся и никуда не идут…

В этом году вообще не удалось сбросить вес! Даже наоборот, мы все поправились, так что после гонки резко бросились худеть. Дело вовсе не в питании: собаки начали бежать лучше, энергичнее, и у каюров стало меньше физической нагрузки.


О насущном

– На бегу, чтобы утолить жажду, собаки едят снег. У меня, конечно, есть термос, но бывают такие этапы, когда я даже не пью. Вот был отрезок – 80-90-100 км за 10 часов, – и я пила. Шли на Вывенку по бесснежной тундре – термос так и остался полным, даже не открывала. Просто некогда – и все. А собаки снежку похватали – и вперед...

Самое главное – ничего при них не есть. Если они слышат вот это (Шуршит оберткой от печенья.) – вся упряжка тут же может встать. У меня последней бежит Люба, передовичка прошлого года. Стоит ей услышать шелест и обернуться – пиши пропало...

Поэтому у меня есть специальная бесшумная коробочка с пайком. Там колбаска, сырок, сало, орехи, курага… На длинных этапах, конечно, приходит голод. Бесшумно достаешь и ешь. Потом и их подкармливаешь – рыбьими головками, например. У меня на нартах лежит, кроме прочего, суточный запас еды для собак – на случай пурги или еще чего-нибудь. И на протяженном переходе кормлю их 3–4 раза.


О лишениях

– В этом году у меня прямо на трассе умерла собака. Это очень тяжело и страшно. Перед очередным этапом в 500 км надеваем им на подушечки специальные тапки, чтобы не сбивались лапы. Нужно встать чуть свет, всем 14 собакам намазать лапы специальной мазью, обуть их в тапки – каждый раз это занимает как минимум час-полтора.

Самый тяжелый для меня перегон – от Уки до Ивашки: меня снимали на нем с гонки, обмораживалась, так что проходить его особо трудно даже психически. Он очень длинный, идешь вдоль моря: постоянный холод, ветер ледяной, кинжальный, вся в инее – даже дышать почти невозможно. Впереди меня эвены Виталий Тишкин, Роман Мандятов, Иван Нивани – шли втроем, вместе держались. Я гналась за ними, расстояние приличное, не видно, где чья упряжка. У меня был пес, единственный в своем роде: Трес, полуволк, из тех самых «левковских» собак. Все, что схватит, – заглатывает сразу, рефлекс такой. На всех снимках обязательно что-то держит во рту. Даже в книге «Анатомия гонки» он на фотке с тапком в пасти – Витя Гуменюк его так и снял.

Кто-то из шедших впереди снял изношенный инвентарь со своих собак, целую кучу, и просто бросил прямо на трассе, не откинув в сторону. Трес схватил то, что лежало ближе всего, тапки, и стал их глотать. Я увидела, что ему плохо, начала спасать. Сначала решила, что устал или перегрелся, потому что из пасти все, что он тогда нахватал, я тут же постаралась вытащить. Думала, что все… Обычно он с этим справлялся, но не в этот раз… Думаю, случился заворот кишок. Это большой удар, психический шок, потому что Трес значил для меня очень много. Я даже хотела сняться с гонки, но Андрей Притчин уговорил идти дальше. Кое-как взяла себя в руки...


О друзьях

– Сидели 5 дней в Оссоре из-за сильной пурги. На 6-й решили выдвигаться, невзирая на погоду. Идти по равнине возможно только по следу впереди идущего – а его моментально заметает мощная поземка. Я шла за Семашкиным, но потеряла след и заплутала. За мной идут Рома и Ваня, но мне все равно страшно, потому что и они могут заблудиться. Ну, им, корякам, при таком раскладе погибель не грозит, а вот я – совсем другой случай… Тороплюсь за Андреем, он это видит – тут вдруг у меня запутались собаки! Он остановился и стал ждать, чтобы я не потерялась…

Много лет я бегаю с ним, с Притчиным, с Левковским-старшим – они настоящие каюры, мужики, которые никогда не бросят тебя в беде. Бесконечно благодарна своему верному и надежному помощнику, практически ангелу-хранителю, Андрею Адуканову.


О гонке

– Хотя всегда бегут и сильные каюры, и послабее, гонка в целом – это комплекс факторов. Ты можешь на несколько часов заблудиться – как случилось со многими на трассе в этом году. Может упасть собака – а за ней вторая, третья… Ты можешь оказаться на грани снятия. В общем, очень ощутимо зависишь не только от собственных ресурсов, но и от стечения обстоятельств. Валя Левковский победил с таким отрывом, на мой взгляд, еще и потому, что он только и делал, что тренировал своих собак. Он 2 года приходил вторым, очень хотел выиграть – и победил!

Очень вырос уровень мероприятия. Немалая заслуга в этом принадлежит ее руководителю Андрею Рудовичу и его заму Артему Чернову. Они – реактивные двигатели «Берингии»!

А гонка у нас особенная. Другой такой нет, и нет смысла ее сравнивать. Особенно по части погодных условий: например, в этом году от +10 до –50 и пять дней пурги подряд! Аляскинская «Айдитарод» на ее фоне – просто променад с собачками по бульвару…


О перспективах

– Прийти в «Берингии» 8-й из 16 – это отлично! Особенно для девушки. Ведь бывала и 10-й… Но всегда иду с очень хорошим настроем и не думаю, что опять не выиграю. Через год побегу снова, и нет мыслей о том, чтобы прийти 5-й, 6-й, 7-й. Буду пытаться войти в тройку! Первыми, как полагаю, станут Левковские, а я хотела бы третьей… Даже хотя бы потому, что Валя Левковский на «Кайныране» будет тренировать моих собак. Думаю, у меня, как у женщины-каюра, и так все довольно неплохо складывается…

Герман ГОРШКОВ

Анфиса БразалукАнфиса БразалукАнфиса Бразалук
1832

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!
Переместите вправо
Загрузка...
Материалы, опубликованные на сайте, не рекомендуются к просмотру лицам в возрасте до 16 лет без присутствия взрослых