Владимир ЮРЫГИН-КЛЕВКЕ: И вновь – Камчатка!

В. ЮРЫГИН и лауреаты конкурса «Юные дарования Камачтки»
В. ЮРЫГИН и лауреаты конкурса «Юные дарования Камачтки»

Весной 2019 года в Камчатском колледже искусств прошел ежегодный краевой конкурс исполнительского мастерства «Юные дарования Камчатки». В качестве председателя жюри был приглашен замечательный российский пианист, профессор Московской государственной консерватории имени П.И. Чайковского Владимир ЮРЫГИН-КЛЕВКЕ. Мало кому известно, что начинал он свою профессиональную исполнительскую и педагогическую карьеру на Камчатке.

– Владимир Донатович, вас трудно назвать гостем в нашем крае. В 1972–1979 годах вы преподавали в музыкальном училище нашего города (ныне Камчатский колледж искусств). Это время оставило какие-либо яркие впечатления?

–Конечно. Должен вам рассказать о трех из них, которые остались у меня на всю жизнь.

Во-первых, меня поразила сама Камчатка: взлетно-посадочная полоса аэропорта, вулканы, невероятная красота края. В те дни я жил у Владимира Павловича Андрианова – отца моего московского приятеля. Андрианов был ведущим актером камчатского театра, получил орден Трудового Красного Знамени за исполнение роли В.И. Ленина. Его дочь в первый же день повезла меня на океан. Я впервые увидел Тихий океан. И больше всего меня удивили гигантские заросли шиповника в конце прибойной полосы…

Во-вторых, именно на Камчатке началась моя преподавательская деятельность. Здесь я впервые узнал, что такое педагогика. И тут началось открытие за открытием. Нужно было переварить, во-первых, то, о чем говорил мой профессор, народный артист СССР Яков Израилевич Зак, и, во-вторых, то, что я вынес сам из своих студенческих лет, из своих первых исполнительских опытов. Наконец-то я встретился с настоящими, живыми учениками. Я начал понимать, что с ними делать, что делать с музыкой, что делать с руками. Как преобразовать то, что я знаю, в практический смысл. Для меня это был целый период открытий!

В-третьих, запомнилась военная служба на Камчатке – я служил один год на флоте. Сначала мы находились на мысе Шипунском, где стояла бригада подводных лодок. А потом нас перевели на Богородское озеро в бригаду ракетных катеров. Служба во флоте произвела на меня мощное впечатление.

– Изменилась ли Камчатка с тех пор?

– После того, как я в 1979 году окончательно уехал с Камчатского полуострова, бывал здесь пять или шесть раз. Камчатка изменилась и до сих пор меняется. Я не могу сказать, в лучшую или худшую сторону. Меняются обстоятельства, условия, появляются новые магазины, строятся современные здания в новой стилистике. Здесь теперь есть и высотные дома – 9–10 этажей. А раньше – максимум 4–5 этажей.

– В этом году вы приехали в качестве председателя жюри конкурса «Юные дарования Камчатки». Сложно ли дается критика учеников и оценка их живого творчества в баллах?

– Нет, не сложно. Потому что я научился уважать как исполнителей, так и их педагогов и всеми силами своей души стараюсь никого не обидеть и не задеть. Это умение держит меня в тонусе, дает возможность верных, правильных, тщательно выверенных формулировок. А достоинства и недостатки ребят я слышу, как и у любых других учеников и исполнителей. Я одинаково оцениваю как великих артистов, так и школьников: что-то у них мне нравится, а что-то – нет. Но главное в условиях конкурса – это правильно высказаться, при этом никого не обидев.

В. ЮРЫГИН в Камчатском музыкальном училище, 1972 г.

– Каков уровень профессионализма юных пианистов Камчатки?

– Уровень повысился невероятно! Я такого не ожидал. Особенно меня поразили некоторые «звездочки». Но даже «средненькие» учащиеся показывают достойные результаты.

– С какими проблемами вы чаще всего сталкиваетесь как педагог?

– Для меня существует одна-единственная проблема. У нас есть несколько видов искусств. Например, в живописи картина сама по себе уже закончена в своем одномоментном состоянии. А музыка – это процессуальное искусство. Оно основано на звуке. Каково главное свойство звука? Его, так сказать, «тянутость». Неизвестно, когда начнется звук, и неизвестно, когда он закончится. Как в других сферах есть физические свойства материала – плавкость, ковкость, так и у музыкальных звуков – «тянутость». Самое главное– научить ученика чувствовать это свойство. Вопрос: что это такое? Что, собственно говоря, тянется? Где оно? Как его увидеть? Как его пощупать? Ответ – в вашем воображении. Вы должны представить себе тянущееся время, которое имеет звуковое выражение, звуковые волны.

– Есть ли у вас своя особая методика преподавания?

– Методика может быть разной. Различные факторы побуждают прийти к тем или иным решениям. Сначала необходимо услышать, насколько хорошо играет ученик. Нужно понять, что он делает правильно, а что нет. А затем направить ученика, основываясь на своих педагогических и исполнительских принципах и своем понимании тех или иных музыкальных процессов. Все зависит как от музыки – насколько она разнообразна, так и от индивидуальных способностей ребят.

– Как вы относитесь к выражению «преподаватель всегда прав»? Думали ли вы так в юности? Или же случалось дерзить, спорить?

– Никогда. Ученики и профессор – совершенно на разных уровнях. Рядом со своим преподавателем я ощущал себя никем. Он – Яков Израилевич Зак – народный артист СССР, великий интеллектуал, эрудит, мастер, гений. А я – мелочь, которая «бегает под ногами». Возможно, я ошибался, но таково было мое воспитание.

Почему вы считаете это ошибкой?

– Я не был требовательным учеником. У ученика должен быть характер. В этом плане выигрывали мои одноклассники, у которых этот характер был. Они знали, что им нужно от преподавателя и «брали» это. А я нет.

Мастер-класс В. ЮРЫГИНА в Камчатском колледже искусств, 2019 г.


– Запомнились ли вам какие-либо интересные или забавные моменты и истории с вашими преподавателями, о которых вы вспоминаете с улыбкой даже сейчас?

– Да, был один случай. Для профессуры Московской консерватории установлен довольно свободный график работы. И иногда Яков Израилевич Зак давал уроки не в консерватории, а дома. У него была гигантская квартира, в которой он жил с домработницей Анной Петровной. Как сейчас помню – маленькая такая старушка. Дома стояли два рояля, и обычно студенты, которые приходили на урок и ожидали своей очереди, сидели на диване. Профессор сидит за одним роялем, ученик играет за другим. И вдруг из одного угла выбегает маленькая серая мышка. Она остановилась прямо посреди комнаты, села, как ни в чем не бывало, и стала слушать игру студентки. Мы долго смотрели на эту картину и не знали, что сказать. «Яков Израилевич?» – озадаченно спросил один из студентов. «Ну что еще?» – резко ответил профессор. Он посмотрел на мышку и с ужасом закричал: «Анна Петровна! Ну где вы?! Бегите сюда!» Анна Петровна в панике забегает, а мышка продолжает сидеть. Профессор осторожно показывает пальцем на мышь. Анна Петровна убежала и чуть позже вернулась со спичечной коробочкой. «Это для мышки «конфетки», – сказала она злобно. Тут мы поняли, что это отрава. Вот такой получился забавный случай.

– Бывали моменты, когда вам хотелось бросить музыку?

– Да. Это произошло в 6 классе. Я пришел к маме и сказал, что мне надоела музыка и хочу играть в баскетбол. Мама медленно подняла на меня взгляд и угрожающе спросила: «Что-что?!» И вопрос был закрыт.

– Вы выросли в музыкальной семье?

– Нет. Папа работал химиком на заводе, мама занималась домом. В нашей семье в музыкальной сфере работаем только я и моя сестра Наталья Донатовна Юрыгина (Гноенская) – профессор, заслуженная артистка России.

– Расскажите, что вы чувствуете перед выходом на сцену? О чем думаете и как настраиваетесь на выступление?

– Перед выступлением я возбужден. Появляется азарт. Я понимаю, что скоро ко мне придет алертное состояние (способность моментального перехода к активному действию). Что это? Вот представьте, что за вами бежит злая собака. Впереди – высоченный забор, который вы преодолеваете в один прыжок. На следующий день, подходя к этому же забору, вы недоумеваете, как же вы это сделали. Подобное испытываю и я.

– Вы давали мастер-классы не только в России, но и в других странах. На ваш взгляд, отличается ли уровень пианизма в России и за границей?

– За границей я давал мастер-классы в вузах. Могу сказать, что там уровень слабее. Все же у нас более фундаментальный базовый подход. У них иная система профессионального образования. Однако встречаются «звездочки», которые до всего доходят сами.

– Во время гастролей в различных странах успеваете ли вы насладиться экзотическими красотами и достопримечательностями?

– Да. Когда я работал в Московской филармонии, часто гастролировал, но только по Советскому Союзу. Приезжая в новый город, я заселялся в гостиницу, шел в собор, после – в магазин и на рынок, а потом – обязательно ходил гулять на кладбище, бродил между могил и читал, кто там похоронен. Затем, разумеется, я шел в местный музей.

– Какие советы вы могли бы дать начинающим концертмейстерам?

– Нужно отталкиваться от солиста и знать, что он ждет от концертмейстера.

– Почему вы все же уехали с Камчатки? Что заставило покинуть наш край?

– Есть ли на это ответ? Пожалуй, нет. Скажу только, что Москва – это мой родной дом, где меня ждала семья.

– Что вы можете пожелать подрастающему поколению музыкантов – школьникам и студентам?

– Стремитесь к высшему образованию, постоянно учитесь и развивайтесь!


Беседовали Полина АБРОСИМОВА и Екатерина ЛАРИНА, студентки 3 курса отделения «Теория музыки» Камчатского колледжа искусств

940

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!
Переместите вправо
Загрузка...
Материалы, опубликованные на сайте, не рекомендуются к просмотру лицам в возрасте до 16 лет без присутствия взрослых