Написать икону – написать нового себя?

Многие люди воспринимают зону как наказание, совершенно забывая о том, что заключение должно не только наказать, но исправить. У кого-то нет веры в то, что преступника вообще может что-то исправить. У кого-то – в то, что с этой задачей справится наша исправительная система. А многие ли за решеткой верят в себя? Вот в этом дефиците веры церковь и подставила когда-то свое плечо.

В постперестроечные годы храмы на зоне стали появляться повсеместно. Сколько бы мнений ни было на сей счет, если есть те, кому это плечо помогло выйти на правильный путь, значит, работа эта была не зря. Уместно ли слово «дружба», когда речь идет о взаимодействии двух таких разных структур? Наверное, более подойдет забытое ныне, но такое правильное слово «соработничество». На Камчатке церковь с местным управлением ФСИН соработничают давно и всерьез. Здесь строительством храмов на территории колоний не ограничились. За последние пару лет в ИК №6, например, появилась и своя воскресная школа, и даже студия иконописи.

ИК №6, в народе – «шестерка». Колония строгого режима, недалеко от Елизова. В такие учреждения за синяки не попадают. Здесь сидят те, кто совершил особо тяжкие преступления, а также рецидивисты. Идея открыть в этой колонии воскресную школу принадлежит руководителю отдела по тюремному служению Петропавловской и Камчатской епархии иерею Василию.

— В православии не принято говорить слово «я», улыбается отец Василий. Мысль о создании воскресной школы пришла в мою голову, а вот воплощали в жизнь ее мы все вместе. Осужденные часто подходили по одному после богослужений и задавали вопросы, которые их волновали. Каждому я рассказывал, объяснял… Тут-то и родилось: а ведь можно не время от времени отдельно с каждым говорить, а организовать это в доброе дело, которое давно известно на Руси как воскресная школа. И в воскресной школе уже стал не только я отвечать на важные вопросы, но и приглашал с лекциями других специалистов, получивших православное университетское образование. А потом увидел в колонии много талантливых ребят, которые руками делали такие интересные поделки, и подумал, а если эти таланты тоже направить в русло веры?

Теперь на «шестерке» делают не только нарды и ножи, но и пишут иконы, режут кресты и даже… большие иконостасы. За те 1,5 года, что здесь работает студия иконописи, уровень мастерства некоторых ее учеников значительно вырос. Конечно, они еще далеко не андреи рублевы, но уже и не робеющие школяры, не знающие как держать карандаш. Такого роста самостоятельно, по книжкам, им было не достичь. Без наставника тут никак.

Когда-то иконописью на Камчатке почти никто всерьез не занимался. В 2007 году владыка Игнатий впервые пригласил на полуостров художников из Костромы для проведения мастер-классов. В числе учеников, пришедших поучиться иконописи, был прихожанин Александр Шарнов. До этого он сам пытался рисовать, делал некоторые работы для женского монастыря. Его стремление и талант заметил владыка. Александр понимал, что таланту и стремлению нужна еще и хорошая школа. После мастерклассов педагоги выбрали его, как одного из самых способных, и пригласили продолжить обучение уже на материке. 4 года Александр оттачивал свое мастерство в школах иконописи Костромы, Рязани, Москвы. Сегодня он ведет мастерклассы для камчатских прихожан. А еще с недавних пор является и учителем в школе иконописи ИК №6. Шарнов, конечно, осознает, что контингент учеников здесь не совсем обычный, однако это учителя не смущает:

— Мне понравилась первая наша встреча. Лица внимательные, заинтересованные. А когда мы с ними погрузились в работу, я и вовсе забыл, что нахожусь в колонии.

А разве для изобразительного искусства не нужен талант? И неужели писание иконы тем более не требует таланта особенного? А вот еще: иконы ведь должны писать святые, а не убийцы?!

Шквал моих эмоциональных мирских вопросов и учитель Шарнов, и отец Василий сносят спокойно. Видно, что не впервой им на них отвечать.

— Понимаете, не из каждого получится мастер высокого класса, объясняет Александр. Но у наших занятий две стороны. Одна – внешняя, заметная каждому: ученики узнают правила написания, набивают руку, приобретают практику иконописи, развивают технику. Другая – внутренняя: человек раскрывает себя нового, развивает свою духовность.

— В священном писании есть масса моментов, которые объясняют мудрость веры в этом вопросе, говорит иерей Василий. Вот, например, однажды подошли фарисеи и законники к ученикам Спасителя и спросили, а почему учитель ваш пьет и ест с мытарями и грешниками? Господь, услышав этот вопрос, сказал, что во враче нуждается не здоровый, но больной, и он пришел призвать к покаянию не праведников, но грешников. И мы все понимаем, что люди, совершившие такие тяжкие преступления, конечно, нуждаются в помощи Божьей. Если появилось у преступника желание прийти сюда, взять кисть, помолиться, надо протянуть ему руку. Дай Бог, будут и другие шаги к исправлению.

Игорю – 37 лет. В неволе он уже 3,5 года. На мой вопрос: «За что?» отвечает коротко: «Два, два, восемь». В переводе с судебного на житейский: парень сидит за наркотики. Срок по приговору – 8,5 года. А, значит, впереди еще 5 лет. Конечно, есть надежда на условнодосрочное освобождение. Кстати, есть люди, которые уверены, что смирение и стремление к Богу у осужденных напускное. Мол, они молятся и крестики носят, чтобы баллы на УДО заработать, а как выйдут на свободу, опять пустятся во все тяжкие. Озвучиваю это мнение Игорю. Он смотрит понимающе, но както с сожалением:

— Да, я оступился. Я знаю, что здесь я не просто так. У каждого своя судьба. Мне, значит, было суждено попасть сюда, чтобы понять, чтобы найти себя. Насчет УДО. Конечно, я хочу выйти досрочно. И если Богом суждено, выйду. Как только япопал в колонию, решил, что сложа руки сидеть здесь не буду. На воле занимался бизнесом, а тут на зоне поступил в академию, получаю высшее образование, учусь на психолога. Когда пришел отдавать документы на поступление, увидел в соседнем кабинете, как батюшка с иконописцем общаются. И как магнитом потянуло. Для досрочного освобождения достаточно того, что я встал на путь исправления, что замечаний не имею, что получаю образование. А иконопись… Это совсем про другое. Это такой труд души. По правилам иконописец должен поститься. Я пощусь. Иногда даже чая не пью, чтобы легким быть в этом труде. Пишешь часа 3 кряду, наступает предел, а ты преодолеваешь этот предел, и себя преодолеваешь. Как будто пишешь икону и в то же время пишешь нового себя.

В работе у Игоря одновременно несколько икон. Две – уже готовы. Судьба у них разная. Первую оставил себе на память. Когда показал матери на свидании, она расплакалась от радости. Мать – не самый строгий судья, для нее любое благое дело сына – уже победа. А вот вторую икону, написанную Игорем, будет оценивать уже профессиональное жюри. В декабре эта икона отправится на конкурс православной иконописи осужденных «Канон», посвященный 700-летию со дня рождения преподобного Сергия Радонежского. Лик Сергия Радонежского Игорь писал по всем канонам, в технике плави (в которой специализируется школа иконописи ИК №6), и даже краски он готовил сам по древним рецептам. В составе красок – раздробленные природные камни, смешанные с яичным желтком и уксусом. Показывая готовую работу, Игорь радуется как ребенок. Еще бы, разве мог он еще пару лет назад представить, что сможет сам нарисовать икону, да еще и такую красивую и светлую, которую не постыдятся отослать на конкурс в столицу. Такие же чувства переполняли молодых парней, которые корпели в этой школе над изготовлением иконостаса для храма Николая Чудотворца. С резьбой они давно были на ты. Но характер поделок раньше был иной. Когда доверили делать настоящий иконостас, немного сомневались, смогут ли? Полгода бескорыстного труда увенчались успехом. На прошлой неделе своими руками они погрузили готовый иконостас в машину, которая увезла его в храм. В самое ближайшее время его соберут и освятят.

Иерей Василий уверен, что у тех, кто делает доброе дело, сердце смягчается:

— Я желаю этим ребятам не прекращать творить добрые дела, и в скором времени выйти на свободу, прийти в храм и помолиться перед тем самым иконостасом, который они сделали когдато сами.

 

Яна ЩЕГОЛИХИНА

 

На фото:

  • Александр ШАРНОВ учит осуждённых писать иконы по древним канонам
  • Иконостас – в подарок храму Николая Чудотворца
  • Осуждённый Игорь К. теперь иконописец
2292

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!
Переместите вправо
Загрузка...
Материалы, опубликованные на сайте, не рекомендуются к просмотру лицам в возрасте до 16 лет без присутствия взрослых