Марина БЕЛЯЕВА: И в 50 я снова – за партой!

Марина БЕЛЯЕВАОна родилась в единственной на весь поселок эвенской семье, папа ее был русским врачом, при этом в официальных документах в советские годы она значилась корячкой. Родственники хотели, чтобы стала медиком, она же поступила в педагогическое училище, а в трудовой книжке написано, что 22 года отслужила артисткой балета в прославленном ансамбле «Мэнго». Несостыковки? Ошибки? Нет, все абсолютная правда. Такая вот противоречивая и интересная судьба досталась нашей землячке Марине Беляевой.


Маленькое чудо

19 января 1964 года в корякском поселке Воямполка появилась на свет маленькая Марина. Маленькая до такой степени, что акушерка сквозь слезы сказала матери: «Не выживет, надежды никакой». Мать доносила ее в утробе всего до шести месяцев. Даже при сегодняшнем уровне медицины таких детей выхаживают при помощи специального реанимационного оборудования. А Марину выходила бабушка. Необразованная эвенка.

Я спрашивала маму, как бабуле удалось сделать то, с чем в те годы не справлялись специалисты, – рассказывает Марина Евгеньевна. – Она припомнила только, что бабушка постоянно обкладывала меня бутылками с теплой водой. Но я думаю, что больше мне помогло тепло ее большого сердца. А еще я ведь родилась в Крещение. И, как говорила мама, сразу попала под святую воду. В общем, сколько лет прошло, а та акушерка, которая принимала роды, всякий раз как встречаемся, смотрит на меня как на чудо.

 

Эвенка? Русская? Корячка!

Марина БЕЛЯЕВА

Бабушка Марины была одной единственной эвенкой в корякском поселке Воямполка. Когда эвены шли по Камчатке, они повсюду старались оставлять своих соплеменников. Родная кровь настолько сильная, что до сих пор пробивается через поколения. Светлые глаза достались по наследству всему семейству, несмотря на то, что за эти годы к эвенской примешалась и корякская кровь.

— У мамы папа был коряк, а у меня, как рассказывают, русский врач, которого прислали к нам с материка, – говорит Марина Беляева. – Мне о нем мало что известно, знаю, что в полевых условиях он делал сложнейшие операции, спас не одну жизнь, ну и дал жизнь мне. Что уж у них потом произошло с мамой, я не знаю. Он уехал. А она осталась в родном поселке. Второй раз мама тоже вышла за русского, родила еще пять детей. А я воспитывалась у бабушки с дедом. Они меня растили в старых корякских традициях. Я на бате рыбачила с дедом, ездила с ним на упряжке на охоту, знала, как стол накрыть по-табунски. И, судя по тому, что я сейчас хорошо понимаю корякский язык, говорила на нем в детстве. Да и вообще я себя в душе чувствую корячкой!

 

Забери ты ее в «Мэнго»!

Мама Марины сама планировала стать врачом, но ей не удалось поступить в медицинский. Однако мечта не покидала – мать хотела, чтобы впоследствии ее воплотили дочери. На Марину в этом смысле были большие надежды, ведь помимо маминой мечты должны были сыграть свою роль и папины гены.

— А я крови боялась до ужаса! – признается несостоявшийся врач Беляева. – Спасибо сестре – она выручила: поехала поступила в Хабаровский медицинский, и теперь является уважаемым врачом. Я же окончила Паланский интернат, в голове о будущей профессии – ни одной определенной мысли. «Ну, если не врачом, так, наверное, учителем», – подумала я. Поехала в Петропавловск, сдала экзамены в педагогическом училище, поступила, но тут же забрала документы и уехала обратно в Воямполку. Просто пока сдавала экзамены, поняла, что педагогика – это не мое. Мама была в шоке: куда же пристроить великовозрастное дитя в малюсеньком поселке, где все вакансии заняты. Слава Богу, тогда к нам в поселок приехала Таня Романова – в то время уже именитая артистка «Мэнго», гремевшего на весь СССР и за его пределами! Мама сказала Тане: «Забери ее в ансамбль, может, танцовщица из нее выйдет».

Буквально через месяц Татьяна Флоровна позвонила Марине: «Выезжай, идет новый набор в «Мэнго», будем пробоваться». У Марины за плечами было 7 классов хореографического отделения музыкальной школы. Однако сильной ее стороной была именно классическая хореография, а вот в национальных танцах опыта практически никакого. Но Марину, оценив ее хороший базис, взяли в ансамбль. И уже через месяц она в составе «Мэнго» поехала на свои первые гастроли в родной Тигильский район.

— Всего за месяц нам, новичкам, нужно было выучить программу, – вспоминает Марина Беляева. – Мы приходили в класс в 8 утра, чтобы успеть позаниматься до «старичков», а уходили в час ночи. Постирал форму, выпил стакан воды, и до подушки, а с утра опять к станку! Поначалу мучили головные боли, тряслась вся как осиновый лист. Но все это было не зря. Потом пришел и опыт, и уверенность, и полные залы, и аплодисменты, и зарубежные гастроли.

 

«Русские» – в Италии

Марина БЕЛЯЕВА

Первая Маринина зарубежная поездка состоялась в 1984 году. Это была Италия! Она оставила за собой ностальгический шлейф длиною в целую жизнь. Первое, что запомнилось ей – это удивленные глаза итальянцев, встречающих «Мэнго» в аэропорту. Они знали, что к ним едут русские артисты. А тут! Неужели русские выглядят именно так? За 40 дней ансамбль исколесил всю Италию с севера на юг. Каждый концерт – аншлаги, и не просто полные залы, а полные стадионы! Июль, жара, а они танцуют по два отделения… в меховых кухлянках!

— Перед каждой зарубежной поездкой нас, конечно, стращали, – смеется Беляева. – Мол, проклятые империалисты не дремлют, будьте бдительны, в одиночку не ходить, больше трех не собираться, лишнего не болтать, вести себя прилично. Но больше в этих поездках помогали не беседы с представителями соответствующих органов, а то, как нас готовил к ним Гиль. Он объяснял, что это другая страна, другой менталитет, заставлял нас копаться в книгах, изучать культуру и традиции каждого государства, куда нам предстояло отправиться. Он даже политинформации с нами проводил. Над этим сейчас смеются, и зря. В то время, когда информация была не так доступна, как сейчас, это и вправду очень помогало. Мы обсуждали разные вопросы, дискутировали. Александр Гиль научил нас работать не только ногами и руками, но и головой. А еще благодаря нему я поняла, что танцор должен осознавать, что когда-то ему придется покинуть сцену. Возраст, здоровье… как не крути, а этот момент придет. И уйти артист должен не в никуда, а подготовить себе хороший плацдарм для отступления.

 

Собрать и сберечь!

Марина БЕЛЯЕВАТакой плацдарм артистка «Мэнго» Марина Беляева готовила все 22 года своей танцевальной карьеры. Она успевала и выступать, и ездить на гастроли, но при этом собирать багаж знаний и умений для жизни вне сцены. Начала с малого – получила корочку делопроизводителя, затем диплом московского вуза о высшем образовании по специальности «государственное и муниципальное управление». Уйдя на «балетную» пенсию, умудрилась без всякого опыта поработать даже бухгалтером, доказав всем, что артистам цифры тоже подвластны, а еще подмастерьем – научилась шить национальные костюмы.

— Со сцены мне удалось уйти, как говорят, красиво и вовремя, не с палочкой, не согнувшись – улыбается Марина Беляева. – На руках был уже соответсвующий диплом, меня пригласили работать в Думу Корякского округа в отдел по работе с обращениями граждан. Там мне привелось еще раз «сесть за парту» – получить на сей раз диплом юриста. Тогда я уже зареклась: «Все, хватит, учиться больше точно никогда не пойду». И что же? Сегодня я опять «за партой». Учусь в аспирантуре, на нашем филфаке, у Галины Алексеевны Гончаровой. Пишу кандидатскую по сказкам наших коренных народов. Философию уже сдала, впереди еще одно серьезное испытание – надо английский сдать!

Сегодня Марина Евгеньевна работает в Камчатском центре народного творчества, возглавляет отдел по сохранению культуры коренных народов нашего полуострова. На этом месте ей пригодилось абсолютно все, чему она когда-то училась: и танцы, и цифры, и законы. Сегодня перед ней стоит важная задача – собрать по крохам все знания, сказания, традиции, обычаи народов Камчатки. Носителей культуры становится меньше с каждым днем, и если не сберечь это сегодня, то уже завтра и следа не останется. Марина Беляева, увешанная записывающей аппаратурой, со своими коллегами колесит по всему нашему большому полуострову и фиксирует все, что еще уцелело. В результате этих экспедиций и «архивных раскопок», например, были изданы 15 дисков с родовыми песнями камчатских аборигенов.

— Я благодарна всем своим учителям, которые встречались мне на жизненном пути, – говорит Марина Беляева. – И маме с бабушкой – за то, что рассказали, как относиться к природе, людям и миру. Воспитателям из интерната – за то, что дали азы знаний и научили понимать и принимать людей с другим менталитетом. Строгой балерине Эльзе Карловне – за то, что я умею ровно держать спину. Тане Романовой – за то, что привела меня в «Мэнго», учила и опекала, как сестру. Александру Гилю – за то, что привил любовь к родному танцу и научил думать. Мужу Валерию – за то, что научил любить и дорожить каждой минутой, прожитой вместе.

 

Яна ЩЕГОЛИХИНА

Фото Виктора ГУМЕНЮКА

2976

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!
Переместите вправо
Загрузка...
Материалы, опубликованные на сайте, не рекомендуются к просмотру лицам в возрасте до 16 лет без присутствия взрослых