Свидетельство о регистрации
ЭЛ № ФС 77-84799 от 3 марта 2023 г.

Судебный пристав-исполнитель Олеся СЫРЧИНА: «Корвалол и нашатырь для посетителей у меня всегда наготове»

16:20
8645

Слово пристав — мужского рода и не имеет женской формы, а современный феминитив «приставка» большинству покажется нелепым. Но судебными приставами-исполнителями работают в основном женщины, и, судя по растущим показателям, делают это на отлично.

Олеся Сырчина как рядовой пристав-исполнитель отвечала за свой участок работы, потом в должности заместителя начальника отдела судебных приставов — за результаты работы всего коллектива, а теперь как сотрудник аппарата камчатского Управления Федеральной службы судебных приставов координирует работу по взысканию алиментов всего региона.

Взыскание алиментов Олесе поручили еще в период работы "на земле". Этот участок считается самым трудным, но в нем наша яркая героиня как рыба в воде и делится скилами с подчиненными, что также является ее прямой задачей. Опытного и строгого наставника в коллективе все знают как человека буквально искрящего позитивом. Она — и вдохновенный цветовод, легкой рукой озеленяющий служебные помещения, и вместе с 10-летним сыном не пропускает ни одного конкурса в Управлении.

Олеся Сырчина — наш сегодняшний собеседник.

— Олеся Владимировна, что вас привело в профессию судебного пристава-исполнителя?

— В 2011 году я окончила юридический факультет Российского госуниверситета туризма и сервиса, и уже в январе 2012 года начала работать помощником судебного пристава-исполнителя по взысканию алиментов. Честно говоря, на тот момент я вообще не знала, что это за работа и чем в принципе занимаются приставы.

— В это трудно поверить.

— Но так и было. Планов на эту работу я не строила, а хотела пойти в полицию. Но мой отчим, полковник, долго отработавший в системе внутренних дел, отговорил, сказав, что работа полицейского очень тяжелая. И посоветовал попробовать себя в приставах. Я так и сделала. Но очень быстро поняла, что работа здесь не сахар и сродни полицейской. Пристав — это в числе прочего следователь, который обязан всеми силами отыскать должника, ведь алиментщики часто предпочитают скрываться. Отчим говорил, что как полицейскому мне придется бывать в не очень подходящих для женщины местах. Но и в роли пристава мне пришлось ходить по подвалам, посещать не очень презентабельные жилища.

— В чем заключалась работа помощника пристава?

— Меня прикрепили к двум судебным приставам. В мои задачи входило разбирать запросы, знакомиться с материалами исполнительного производства. Но мне настолько стало интересно, что я сразу попросила розыскника разрешить мне вместе с ним разъезжать по адресам. Он согласился, и я увидела, в каких ужасных условиях порой живут люди. Особенно такая категория, как родители, которые обязаны платить алименты на ребенка, воспитывающегося в детдоме. Это в основном женщины, которые продолжают рожать, когда другие ее дети живут в интернате. В графе «отец» там в основном прочерк.

— Становится понятно, почему взыскание алиментов считается самым трудным участком службы.

— Да, это сложная работа, для которой требуется опыт. Я набиралась опыта в должности помощника. Сейчас на взыскание алиментов может быть назначен только тот, кто проработал не менее года приставом-исполнителем на обычном участке.

Из помощников я выросла в приставы — сначала по взысканию штрафов и иных платежей, но вскоре вновь занялась алиментами. Обязанностей и ответственности существенно добавилось. Погрузившись в это дело с головой, я поняла всю глубину и масштаб этой работы, в том числе по мерам принудительного исполнения.

— Какие из этих мер вы считаете наиболее эффективными?

— Законодательство предоставляет достаточно инструментов, чтобы заставить должника платить. До 2016 года неплательщика было сложно привлечь к уголовной ответственности. Она могла наступить, если человек не исполнял свои обязанности по выплате алиментов в течение двух месяцев. Но если в эти два месяца он заплатил хотя бы один рубль, то мог и дальше жить спокойно, пока его ребенок страдает. Сейчас гражданин обязан отчислять алименты в полном объеме, а не частично, как раньше. Если есть малейшие недоплаты, через два месяца наступает административная ответственность по статье 5.35.1 КоАП РФ. А если не платит в полном объеме еще два месяца, мы через суд привлекаем должника уже к уголовной ответственности. На Камчатке я первая начала пользоваться этим законодательным инструментарием. Первыми брала «в оборот» наиболее злостных должников, с вызывающим поведением, чтобы напомнить: обязанности перед своим ребенком исполнить придется.

— Помогает ли в работе ограничение должников в пользовании автотранспортом и выезде за границу?

—Зарубежные страны наши должники посещают нечасто. В основном, моряки перед выходом за пределы РФ стараются все оплатить. Но самая лучшая и действенная мера, которой боятся должники — ограничение в спецправе ездить на транспортном средстве. Этот закон вышел в 2015 году, и им я тоже начала пользоваться первая в крае. Они готовы на все, чтобы не лишиться возможности водить машину, и в большинстве случаев гасят даже очень крупные задолженности. Иногда упрашивают взыскателей отозвать исполнительные листы. Но мы, конечно, разъясняем женщинам, что этого делать не стоит, потому что ребенок должен кушать каждый день. Благодаря мерам принудительного исполнения, в этом году мы уже взыскали 43 миллиона рублей долгов по алиментам. С 2020 года я курирую взыскание алиментов в Камчатском крае и Чукотском автономном округе, и наблюдаю, что работа по взысканию становится все более эффективной.

— Часто приходится проводить задушевные беседы с участниками исполнительного процесса?

— Да, это неотъемлемая часть нашей работы, поэтому судебный пристав должен быть и психологом. И должники, и взыскатели, и дети, и их друзья и родственники — все они нам как собственная семья. Ведь мы ведем исполнительное производство не только до совершеннолетия детей, в пользу которых ведутся взыскания. Если к 18 годам перед ребенком осталась задолженность, она выводится в отдельное исполнительное производство, и сумма долга продолжает взыскиваться. Я учу своих подчиненных доносить до должника, что как бы он ни стремился избежать исполнения обязательств, скрываться сам и скрывать свои доходы, наступит такой момент, когда мы все равно взыщем всю его задолженность перед ребенком.

— То есть шансов увильнуть от алиментов в принципе нет?

— Практически нет. Поэтому стараемся убедить людей ликвидировать свою задолженность добровольно и как можно раньше. Мы имеем право удерживать в качестве алиментов до 70 процентов дохода и часто это практикуем. Нерадивые папы, которые копили долги перед детьми всю жизнь, приходят ко мне и умоляют снизить процент удержания. Я им говорю: поймите, вам сейчас на что-то не хватает, а вашему ребенку всегда не хватало на нормальное питание, одежду, отдых. До должника важно донести, что накопившаяся задолженность в один прекрасный день больно ударит по нему. У нас ведь мужчины после сорока лет часто стремятся создать семью, обзавестись ребенком, приобрести недвижимость и имущество. А над ним висит алиментный груз. Мы можем обратить взыскание на их собственность и доходы. И даже если должник уйдет из жизни, его долги по алиментам придется платить его наследникам. Поэтому мы не устаем объяснять: надо работать и гасить задолженность. И погасить ее.

— Объяснения помогают?

— Да, папы выплачивают крупные долги, взыскательницы нас благодарят. Я и сама получала такие благодарности. В 2016 году злостный алиментщик заплатил разом 460 тысяч рублей. До этого длительный период приходила его пожилая мама и всегда приносила копейки. Сына покрывала, говорила, что он вечно занят. Я объявила его в розыск и разыскала. Он пришел, и я увидела двухметрового сыночка, а мама все переживала, что я ее «цыпленка» обижу. В кабинете мы побеседовали один на один, затем к нам присоединилась мама, которая собиралась продавать свою квартиру и вместе с сыном уезжать с Камчатки. Я мягко объяснила ей, что она тоже является виновницей накопившейся полумиллионной задолженности, на которую еще нарастал 7-процентный исполнительский сбор. В результате, продав квартиру, они оплатили весь долг, а отец, который годами не общался с ребенком, наладил с ним контакт.

— Известно, что приставов поощряют за творческий подход к работе. Вам приходилось применять нестандартные методы поиска и убеждения алиментщиков?

— Да, и не раз, и сейчас учу этому наших приставов. К примеру, среди алиментщиков немало автомастеров со своими СТО. К одному из них я приехала, рассказала о поломках в машине. Он назначил дату, когда можно поставить автомобиль в ремонт, и в тот день мы приехали уже с сотрудниками и исполнительными документами. Деться ему особо некуда: в первую встречу я осмотрела его помещение, спросила, его ли это гараж и инструменты, сам ли он будет ремонтировать. Это как проведенные следственные действия. И когда мы изымаем его инструменты и другое имущество, должник готов расстаться с любой суммой, которую недополучил его ребенок. Поэтому моя позиция заключается в том, что не надо должнику ничего оставлять. А если оставлять на ответственное хранение, что также позволяет закон, он расслабится и будет тянуть время.

Еще один должник, молодой стоматолог, имеющий замечательные отзывы в интернете, часто менял места жительства и работы — то в одной клинике, то в другой. Исполнительное производство по нему велось в Ключах, но искать его пришлось в Петропавловске. Я обнаружила его в одной из клиник на ул. Топоркова, записалась на прием и пришла в форме. Погоны его очень смутили, ему стало явно неудобно перед ожидавшими очереди клиентами. Я накинула пальто, мы вышли на улицу и побеседовали. У него была машина, мы ее на тот момент уже разыскали, несмотря на то, что после аварии она была накрыта брезентом. Определили место жительства, где находилось его имущество. Я разъяснила ему, что на имущество может быть наложен арест. Наступит административная, а затем и уголовная ответственность. Задолженность у него была около 400 тысяч. На следующий день он сам мне позвонил, хотя до этого на мои звонки никогда отвечал. Попросил предоставить ему квитанцию для оплаты и погасил долг.

Для объективности картины отмечу, что 50 процентов камчатских алиментщиков исправно платят, то есть суммы в рядовом порядке удерживаются с их зарплаты. 20 процентов должников мы разыскиваем. Среди них есть такие, кто даже не знает, что у них есть ребенок. В моей практике немало случаев, когда женщина рожает, отца ребенка не ставит в известность и подает на алименты.

— В поле деятельности приставов находятся все алиментщики или только те, кто нарушал обязательства по выплатам?

— В основном, нарушители. Но есть случаи, когда задолженность отсутствует, но взыскательницам принципиально, чтобы производство находилось у нас на исполнении. Предполагаю, что тем самым они хотят дисциплинировать своего должника. Признаюсь, именно так я поступила в случае с отцом своего ребенка. Я не привыкла просить, а ребенка надо содержать. Пыталась воздействовать на бывшего супруга и дипломатическими, и психологическими методами, но в итоге пришлось обратиться в суд. Судебное решение поступило на исполнение, и с тех пор он платит ежемесячно.

— Олеся Владимировна, у вас погоны старшего лейтенанта внутренней службы. Они, наверное, тоже дисциплинируют должников?

— Надеюсь на это. Главное, что государство проявило уважение к профессии пристава. Звания у нас введены с мая 2020 года, когда мы стали органами принудительного исполнения. Это и достойная зарплата, и возможность льготного выхода на пенсию. Мы все долго этого ждали, а многие коллеги не дождались и ушли в другие профессии. Сейчас судебный пристав-исполнитель — престижная профессия, со строгой системой отбора кандидатов. При этом обязательно юридическое либо экономическое образование. Раньше в службе могли работать люди разных специальностей, в том числе со средним образованием.

— Не секрет, что к приставам в обществе отношение особое и не всегда доброжелательное. В каких ситуациях проявляется негатив от граждан и как вы с этим психологически справляетесь?

— Понимаете, необходимость принудительного взыскания алиментов, нежелание содержать своих детей добровольно — ситуация и сама по себе негативная. Взыскатели «наседают» на своих должников — те бегут к нам и выливают плохие эмоции. Мы арестовываем их имущество, денежные средства, и чего только не выслушиваем. Алиментщики треплют нервы мамам своих детей, и мамы тоже идут к нам, жалуются на угрозы со стороны бывших супругов. Я им объясняю, что мы можем действовать только в пределах свой компетенции, а с угрозами должна разбираться полиция. И тут, что называется, понеслось… Корвалол и нашатырь для посетителей у меня всегда был наготове, потому что люди приходят разные, и в основном «на взводе». Для них приходится быть и врачом, и психологом. В юности я была скромна, а характер, тот самый стальной стержень, во мне воспитала работа. Зла я ни на кого не держу, потому что научилась не принимать его на себя, чему не перестаю учить своих подчиненных. Я просто очень люблю свою работу, а без этого здесь никак. Мы обязаны быть сдержанными, не должны показывать усталости от загруженности и делать свою работу на сто процентов. Ну, а взыскательницы, которые не сдерживали эмоций, всегда возвращаются с извинениями, как и большинство должников.

— Нетрудно предположить, что график у вас очень напряженный.

— Да, к официальному завершению рабочего дня редко удается уйти. Наступает шесть вечера, и начинается работа с Москвой. Только соберешься домой, и снова звонок, нужно куда-то ехать или заняться документами. А на работу люблю приезжать к 7 утра, мне так легче настроиться и войти в ритм. Я даже ни разу не была на больничном.

— С такой загруженностью завести новую семью наверняка непросто даже такой привлекательной женщине, как вы.

— Тем не менее, мне это удалось. И мужа я выбрала сама — самого умного и сильного мужчину. Просто увидела его, решила, что будет мой, сама пригласила на свидание и через полтора месяца он сделал мне предложение. Дмитрий — тоже судебный пристав, работает в специализированном подразделении, а до этого много лет отдал Госавтоинспекции. Ему не надо объяснять, что у нас за работа и почему я пришла домой поздно. Незадолго до свадьбы я вернулась около трех часов ночи, а в холодильнике еще и мясо пропало, которое не хватало времени приготовить. Я разрыдалась, сказала: подумай, нужна ли тебе такая жена… Но наличие семьи еще сильнее дисциплинирует. Я хорошая хозяйка и мама 10-летнего сына. У нас две собаки и кот, и мужу я привила любовь к животным.

Конечно, в службе я требовательный и строгий руководитель. Работая с такой категорией исполнительных производств, как алименты, мягкими никто из нас быть и не должен, ведь мы сами все — мамы.

Мария ШУПЕНИК

Судебный пристав-исполнитель Олеся СЫРЧИНА: «Корвалол и нашатырь для посетителей у меня всегда наготове» 0Судебный пристав-исполнитель Олеся СЫРЧИНА: «Корвалол и нашатырь для посетителей у меня всегда наготове» 1Судебный пристав-исполнитель Олеся СЫРЧИНА: «Корвалол и нашатырь для посетителей у меня всегда наготове» 2Судебный пристав-исполнитель Олеся СЫРЧИНА: «Корвалол и нашатырь для посетителей у меня всегда наготове» 3Судебный пристав-исполнитель Олеся СЫРЧИНА: «Корвалол и нашатырь для посетителей у меня всегда наготове» 4Судебный пристав-исполнитель Олеся СЫРЧИНА: «Корвалол и нашатырь для посетителей у меня всегда наготове» 5Судебный пристав-исполнитель Олеся СЫРЧИНА: «Корвалол и нашатырь для посетителей у меня всегда наготове» 6

Делитесь новостями Камчатки в социальных сетях:

Нет комментариев. Ваш будет первым!
Используя этот сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем файлы cookie.